ASPMedia24

Главная Статьи Статьи - СМИ «ЛЕГЕНДАРНЫЕ РАЗВЕДЧИКИ»: БЕСТСЕЛЛЕР Н.ДОЛГОПОЛОВА
27 Янв 2016

«ЛЕГЕНДАРНЫЕ РАЗВЕДЧИКИ»: БЕСТСЕЛЛЕР Н.ДОЛГОПОЛОВА

В медиацентре «Российской газеты» в январе презентована книга «Легендарные разведчики» заместителя главного редактора «Российской газеты», писателя Николая Долгополова, вышедшая в серии «Жизнь замечательных людей» издательства «Молодая Гвардия». Книга посвящена деятельности внешней разведки в годы Великой Отечественной войны и последующей за ней войны холодной.

Даже не ожидал, что среди журналистов у меня есть знакомый, который написал более 30 книг. Это Н.Долгополов.  Мы знакомы не один десяток лет. А познакомились, когда Николай работал в «Комсомольской правде» и тогда много писал на спортивную тематику. Многие удивляются тому, как правой руке главреда «РГ» Владика Фронина удаётся не только курировать аж два отдела газеты – международную жизнь и спорт и ещё находить время на литературное творчество. Написать столько книг, которые пользуются спросом у читателей – это не поле перейти. Более 11 книг Николай Михайлович написал только о разведчиках. Ему пора давать награду СВР типа «Почётного разведчика», но жаль, что пока такой не существует. Долгополов по своему характеру разведчик в лучшем смысле этого слова.     
 
Казалось, о героях известно всё, но с некоторых дел завеса секретности снята не до конца. И автор попытался уточнить, проверить факты. И, главное, заполнить ещё существующие пустоты. Во многом, благодаря помощи Сергею Иванову из Пресс-бюро СВР, это удалось. Некоторые, например, легендарный Николай Кузнецов, предстают перед читателем в ином свете. Открываются новые подвиги, совершенно потрясающие черты характера. В книге 23 героя, и о каждом рассказано подробнейше, приводятся абсолютно неизвестные детали. В этом и ценность книги. Она писалась долго, нелегко, зато в ней много открытий.

Многие герои, ставшие знаменитостями в своей редкой сфере человеческой деятельности, тогда только вступали в свои бесшумные бои, некоторые, как Николай Кузнецов, погибли. Но все они, а их в издании 23 - выжившие и павшие, - превратились в легенды. Рассказать о людях разведки, поведать неизвестные детали, приподнять гриф секретности, отыскать новое во вроде бы изученных биографиях - вот цель этой годами писавшейся книги.

Здесь не было места для торопливости. Не довлели над автором приклеившиеся было оценки, не давили стереотипы. Благодаря Пресс-бюро СВР удалось встретиться со многими выдающимися советскими, российскими разведчиками, которые на излете своей жизни были почти до конца откровенны. Много нового, до того лишь им, самым близким, известного, поведали дети героев. Сугубо личными, ни с кем не согласованными воспоминаниями поделились с автором ученики, последователи, преемники тех, кто защищал нашу Родину и в годы Великой Отечественной, и после. Из двадцати печатных листов, 480 страниц автор выбрал один эпизод.

Это было самое необычное за почти четверть века знакомство с разведчиком. И каким! Теперь, годы спустя, когда прошлое всё яснее, понятно, какую роль сыграл в жизни автора полковник Службы внешней разведки Владимир Борисович Барковский. Долгополову неожиданно повезло. Скорее, заслуженно повезло. Эти люди были хорошо знакомы. Инициатива встретиться и поговорить исходила не со стороны автора. Николай Михайлович не смог её проявить, потому что был Владимир Барковский фигурой не только легендарной, но и по-прежнему закрытой. В 1996г. ему присвоили звание Героя России. Поэтому журналист медленно, очень медленно изучавший с 1993г. историю атомной разведки, был польщён звонком человека, имевшего к ней самое непосредственное отношение. Он предложил встретиться в редакции «РГ».

На следующий день в кабинет замглава в назначенный час бесшумно вошёл немолодой, лысый человек в светлом костюме. Круглое лицо и малый рост создавали впечатление вполне реального колобка. От него веяло добром и каким-то уверенным спокойствием. Немногословно он обозначил цель прихода. Читал в газете мои статьи о полковнике Абеле и атомных разведчиках. И тоненькая красная книжица Долгополова «Правда полковника Абеля» тоже ему попадалась. Поздравил с началом. И заметил, что тема разведки, особенно атомной, трудная, неизведанная и настолько запутанная, что не всегда в ней можно безошибочно разобраться. Вот, например, один из разведчиков - связник полковника Абеля - в книге похороненный, на самом деле живёт, здравствует и даже готов встретиться. Автор потом встретился с полковником Николаем Сергеевичем Соколовым.

Деликатно, не впрямую, полковник Барковский предложил Долгополову не помощь, а консультации, советы. Тема благодатная, её действительно необходимо разрабатывать, и автор вполне был на это способен. К тому же пора кое-что и приоткрыть. Но из-за удалённости, как он намекнул, автора от разведки некоторые эпизоды оперативной работы героев описаны не совсем верно. Ведь читают книгу и будут читать и профессионалы. А разведка - наука точная. В.Барковский отыскал незнакомого журналиста в разнородной пишущей массе. Оценил. Не исключаю, с кем-то посоветовался. И решил помочь.

Так легенда разведки и журналист стали встречаться. Нечасто, однако регулярно. Сначала в редакции, но там отвлекали звонки и люди, и они договорились работать у автора дома. По выходным он в свои за 75 лет играл в теннис на динамовских кортах на Петровке. А потом спешил к журналисту со спортивной сумкой и парой старинных ещё деревянных ракеток в потертом чехле. Это не было работой в прямом смысле слова. Скорее, они отправлялись в путешествие в его прошлое. У него был свой взгляд на атомную разведку. Иногда он расходился с общепринятым, уже сложившимся и удобным. Часто Николай включал магнитофон. Порой он жестом просил перевести кнопку на «off», что означало - это не писать. Видение разведчика стало и журналистским. Естественным образом оно проявлялось и в статьях, книгах, потом фильмах и телепередачах. Начали раздаваться «недовольные» звонки от некоторых коллег Владимира Борисовича: вы видите события глазами Барковского. А автор был этому только рад.

Собеседники говорили часами. Не уставали. Ни разу не выпили ничего крепче чая. Никто им не мешал: воскресенье - святой день. И однажды пришло ощущение, что автор видит этих людей - наших агентов, точнее, как говорил Барковский, друзей англичан, американцев, немца Фукса… О наших Владимир Борисович рассказывал скупо. Даже о тех, кто к середине 1990-х уже ушёл из жизни. Никакой фамильярности - искреннее взаимоуважение: только Владимир Борисович. И в ответ - Николай Михайлович.

О себе Владимир Борисович рассказывать не любил. Поэтому автору приходилось клещами вытаскивать из него какие-то сведения о работе в Великобритании во время войны или в США, где он с 1956г. был резидентом. «Не надо, не пришло время, ещё живы родственники тех, кто нам помогал, не преувеличивайте мою роль…» - эти слова Долгополов слышал всякий раз, когда атомная тема касалась лично полковника.

Дом разведчика поразил журналиста аккуратностью и аскетизмом. Квартира была бы идеальной съёмочной площадкой для фильма о 1960-х. Мебель того времени, радиола, пластинки Фрэнка Синатры, привезённые ещё тогда из Штатов. И много книг. Причём все герои из разведки - что легальной, что нелегальной - ни на йоту не заражены вещизмом. Все, как один, люди идеи. Может, это одно из условий успехов в большой разведке? И Барковский, один из них, уже будучи в преклонном возрасте - за семьдесят, почти каждое утро ездил от станции метро в неблизкое Ясенево на работу. Он спокойно, пусть и с лёгкой усмешкой опровергал общепринятые догмы, типа того, что на СССР работали великие иностранные атомщики.

- В любой нормальной, уважающей себя стране самые талантливые ученые, конструкторы и другие специалисты привлечены в оборонную промышленность. Подходы к таким людям, естественно, затруднены. Общение с иностранцами им если не запрещено, то отслеживается местными спецслужбами. Эти люди - элита, их оберегают, защищают, подстраховывают, изолируют от назойливого любопытства. Ведь именно они вызывают интерес у научно-технических разведок других государств. Мы всегда очень пристально наблюдаем за теми, кого называем «вербовочным контингентом», то есть за кругом лиц, среди которых разведка может подобрать помощников, - рассказывал Барковский. - Чем выше место учёного в научной иерархии, тем труднее к нему вербовочный подход. Корифеи науки, а среди них раньше встречалось немало левых либералов, могли симпатизировать СССР, интересоваться нами и потому вроде бы идти на сближение. Но, как правило, контакты ограничивались праздной болтовней. Выдающиеся учёные очень ревностно относятся к собственному положению: не дай бог чем-то себя запятнать. От тех, кто занимается секретными исследованиями и знает цену своей деятельности, никакой отдачи ожидать не стоит. Инстинкт самосохранения у них гораздо сильнее мотивов сотрудничества.

- Генерал Судоплатов, имевший прямое отношение к атомной разведке, намекал, что секреты атомной бомбы нам выдали её непосредственные создатели - американец Оппенгеймер, датчанин Нильс Бор. Действительно гении. И нам симпатизировавшие.

- Это заблуждение Судоплатова. Бред. Хотя вполне в стиле Судоплатова. Типичная сталинская подоплека о сотрудничестве иностранных знаменитостей с советской властью. Не шли они на такое.

- И даже Нильс Бор -  друг Советского Союза и лауреат всяческих наших премий?

- Но Судоплатову надо было как-то оправдывать существование своё и под него созданного отдела «С». Требовались акции, почины, громкие имена. Так родилась безумная идея с Нильсом Бором. С высочайшего дозволения и, видимо, по подсказке лично Берии решили отправить к нему целую делегацию работников отдела «С». Узнали, что Бор вернулся в Данию, и поехали. К собственному удивлению, возглавил группу только-только в отдел призванный доктор наук, физик Терлецкий. Он работал с развединформацией как учёный: сортировал, комплектовал, обобщал.

Но вопросы Нильсу Бору придумал даже не он. Сформулировали их настолько элементарно, были они так просты, что я никак не могу понять, зачем вообще всё это затевалось. Преподнести себя повыгоднее Сталину? Бор, человек деликатный, интеллигентный, к СССР, как вы отметили, хорошо относившийся, не мог отказать во встрече. Беседы в Копенгагене состоялись. О том, что такое вот рандеву может подставить Бора, Судоплатов, конечно, не думал. А Терлецкий стеснялся, нервничал. Он-то понимал, с какой величиной имел дело. Однако этика этикой, а отказаться выполнить личное задание Берии не осмелился. Вопросы задал через приставленного к нему судоплатовского переводчика. Насколько перекрывался нашей развединформацией этот список вопросов Судоплатова, и говорить нечего. Бор ничего ценного не сказал. Отвечал общими фразами. И, на всякий случай подстраховавшись, сообщил о визите советской делегации датчанам. Да-да, людям из местной, пекущейся о нём, Боре, спецслужбы. А те - американцам.

- Ничего себе. Это из серии «а мы так не договаривались».

- Так Бору было, что терять. Короче, результат миссии - нулевой. Зато из отдела «С» к Сталину пошло сообщение об умело выполненной операции. Понятно, что ответы Нильса Бора передали Курчатову. И он, досконально в проблеме разбиравшийся, дал всей этой показушной шумихе очень скромненькую оценку. Поездка оказалась бесполезной. Никакой помощи от Бора, Оппенгеймера и других столь же великих ни Курчатов, ни разведка никогда не получала. Мы старались выявить людей, работавших вместе с ними, около них, но близких нам по духу, идее. Может быть, в науке они и не хватали звёзд с неба, зато непосредственно участвовали в исследованиях - теоретических и прикладных, наиболее важных и значительных.

Первым ещё в 1940г. атомную проблематику, случайно, так я думаю, затронул Маклин из Кембриджской пятерки и передал информацию в Москву.

- Какова была реакция?

- Неизвестно. Архивные материалы не сохранились. Но приблизительно к ноябрю 1941г. Москва встрепенулась. По всем иностранным резидентурам разослали директиву: добывать любые сведения об атомном оружии! Срочно. И резидент в Лондоне Анатолий Горский дал задание всё тем же ребятам из «пятёрки». Горский принес материалы, а в них - технические термины, выкладки и прочая чертовщина. И он мне говорит: «Ты инженер. Разберись. Подготовь для обзорной телеграммы». А там 60 страниц. Я всю ночь корпел, но обзор составил. Это было наше первое соприкосновение с атомной проблематикой. Должен признаться, я тогда не вполне понимал, с чем мы имеем дело. Для меня это была обычная техническая информация, как, скажем, радиолокация или реактивная авиация. Потом, когда я в проблему влез, как следует и у меня появились специализированные источники, я стал вникать.

- Владимир Борисович, и вы завербовали учёных-атомщиков? Кем были эти люди?

- Ну, не всё было так просто. Я принял на связь человека, который пришёл к нам сам, без всякой вербовки, желая помочь и исправить несправедливость. На первой встрече он мне начал с воодушевлением что-то объяснять, а я лишь имел представление о строении ядерного ядра и, пожалуй, не более.

- Это был Фукс, который потом и выдал все атомные секреты?

- Нет, не Фукс. Другой человек. И спрашивает он меня: «Вижу, из того, что я говорю, вы ничего не понимаете?» Признаюсь: «Ну, совершенно ничего». - «А как вы думаете со мной работать?» И тут мне показалось, что я нашёл гениальный по простоте вариант: «Буду передавать вам вопросы наших физиков, вы будете готовить ответы, а я - отправлять их в Москву». А он говорит: «Так, мой юный друг, не пойдёт, потому что я хочу в вашем лице видеть человека, который понимает хоть что-то из сведений, которые я передаю, и может их со мною обсудить. Идите в книжный магазин, купите там американский учебник «Прикладная ядерная физика», мы с вами его пройдём, и вам будет после этого значительно легче иметь со мной дело». Я тоже иного выхода не видел и засел за учебники. И когда этот человек мне сказал, что со мной теперь можно иметь серьёзные дела, я был счастлив.

- Насколько понимаю, информация передавалась бесплатно?

- Абсолютно. Он не только сообщал мне технические данные, но ещё и растолковывал смысл, чтобы я уразумел, о чём идёт речь. Я составил собственный словарик, который очень пригодился. Термины все были новые, неслыханные. А люди эти не стоили казне ни фунта - народ инициативный. У меня на связи было немало людей. Денег не брал никто. Вот почему мы добились успехов.

- Владимир Борисович, а тот человек, который сам пришёл к вам и просветил нашу разведку и Курчатова относительно секретов немирного атома, - он так и останется для нас мистером Иксом?

- Даю стопроцентную гарантию. Имен наших агентов не называли и называть не будем.

- Почему всё-таки вы не генерал?

- В моё время нам звание генерала не присваивали.

Их не знали в лицо. Это Николай Кузнецов, Африка де Лас Эрас, Иван Дедюля, Дмитрий Медведев, Надежда Троян. Александр Демьянов, Иосиф Григулевич, Зоя Воскресенская, Павел Громушкин, Яков Серебрянский, Александр Коротков, Иван Агаянц, Рудольф Абель - Вильям Фишер, Владимир Барковский, Александр Феклисов, Зоя Зарубина, Геворк и Гоар Вартанян, Ким Филби, Джон Кернкросс, Энтони Блант, Морис и Лона Коэн. Конон Молодый, Юрий Дроздов, Джордж Блейк…
Прошлый год стал знаменательным для одного из ведущих журналистов «РГ». В Москве в здании Олимпийского комитета состоялась отчётно-выборная конференция Федерации спортивных журналистов России, на которой заместитель главного редактора «Российской газеты» Николай Долгополов был единогласно переизбран на должность президента организации. Николай избран президентом ФСЖР уже на третий срок. Его полномочия продлены до 2019г.

Журналист «РГ» также недавно получил премию СВР. В штаб-квартире Службы внешней разведки РФ состоялось торжественное вручение премии СВР России за лучшее произведение в области литературы и искусства о российской внешней разведке в 2014г. Звание лауреата премии СВР присуждено журналисту и писателю Долгополову за создание книги о легендарном разведчике, Герое Советского Союза Геворке Андреевиче Вартаняне, и цикла публикаций о внешней разведке.

А во время вручения спортивной премии «Серебряная лань» Николаю Михайловичу - члену Международной ассоциации спортивной прессы была вручена премия   Международной федерации самбо.

Награды по достоинству нашли героя. Он - выпускник Московского государственного института иностранных языков и аспирантуры Университета Страфклайда в Глазго. Более 25 лет работал в «Комсомольской правде», начав корреспондентом отдела спорта, дошёл до должности первого заместителя главного редактора. С 1997г. - ответственный секретарь газеты «Труд». С 2007г. заместитель главного редактора «Российской газеты».

Николай - член Президиума Федерации фигурного катания на коньках России. Организатор и президент клуба «Тройной тулуп», объединяющего журналистов, пишущих о фигурном катании. Член Пресс-комиссии Олимпийского комитета России. Член комиссии прессы Международной ассоциации лёгкой атлетики. Является одним из организаторов российского движения «Фэйр Плей». Член российского комитета «Фэйр Плей». Член Совета (исполнительный орган) Международного комитета «Фэйр Плей» (с 2007г.). Награждён почётными дипломами Международного комитета «Фэйр Плей» и Европейского движения Честной игры.

В 1999г. первым из русских журналистов был приглашён для ведения семинаров и чтения лекций в Олимпийской академии в Древней Олимпии; в 2001г. - для ведения в Сеуле семинара по проблемам современного международного спорта (FIFA). В 1994г. признан лучшим спортивным журналистом России по версии ОКР, В 1998г. отмечен первой премией в конкурсе спортивных журналистов, проводимом Госкомспортом России; лауреат премии Союза журналистов России за мужество и мастерство, проявленные при освещении событий в зоне Чернобыльской АЭС (1986); лауреат премии мэра Москвы (2001).

Впечатление такое, что он пишет 24 часа в сутки. А как иначе, если он автор 14 книг, 10 сценариев документальных и телевизионных фильмов. Член союза журналистов РФ. Член Союза писателей Москвы и Межрегионального союза писательских организаций. В 1997г. первым из российских журналистов избран членом Исполкома Международной ассоциации спортивной прессы (АИПС), а с 2001г. - вице-президент этой организации. И как только президент Федерации спортивных журналистов России, председатель Российского комитета «Фэйр Плэй», член межведомственной комиссии по развитию физической культуры, массового спорта и традиционных видов физической активности Совета при Президенте РФ по развитию физической культуры и спорта всё успевает? Достойный пример для подражания.

Николай Зуев, фото автора

Прочитано 1106 раз

Главная Статьи Статьи - СМИ «ЛЕГЕНДАРНЫЕ РАЗВЕДЧИКИ»: БЕСТСЕЛЛЕР Н.ДОЛГОПОЛОВА
Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru